gennadydobr (gennadydobr) wrote,
gennadydobr
gennadydobr

Categories:

ИДЕАЛЬНАЯ ПАРА

(Окончание - 2. Повесть полностью, одним файлом - здесь.)



6.
  Я вспомнил, что у каждого из разумных было такое право. Значит, моего отца уже оживили. Только непонятно, зачем ему понадобилось такое собрание. В анархическом обществе общий совет совмещал в себе все функции власти. Ладно, скоро узнаем. В наступившей тишине Меру взял нас с Сатом руки, и мы втроем шагнули в открывшийся портал. Мы оказались в большом светлом зале, круглом, с высокими окнами в стенах. Высоко над головами спускались из окон купола полосы солнечного света. Посередине мозаичного зала находился фонтан. Из невысокой чаши в центре его с легким плеском переливалась вода.  Вокруг стояло несколько кресел, частью пустых, но в некоторых уже сидели люди. Я увидел деда. Он разговаривал с кем-то, и поприветствовал меня только движением руки. С парапета фонтана встала фигура в знакомом скафандре. Защитный шлем был откинут, и хорошо было видно волевое лицо космолетчика с вечным космическим загаром. На меня он не посмотрел, и я сел молча в ближайшее кресло. Прошло несколько минут до того, как все кресла оказались заняты. Высокая женщина средних лет встала и обратилась к отцу.
-         Говори, пришелец, мы собрались все и слушаем тебя.
-         Я требую суда над вашим агентом! Он обманом лишил меня жизни, а теперь восстановил, но в карикатурном виде. Требую его наказать, а мне вернуть мое настоящее тело!
Серж протянул вперед правую руку, и она обрушилась в фонтан струей воды. Космолетчик застыл, протянув вперед культю. Меня бросило в жар. Как, обвинять в чем-то вернувших тебя к жизни, требовать суда – над богом, над дедом? Такое не укладывалось у меня в голове.
-         Кто хочет ответить нашему гостю?
Голос женщины остался таким же спокойным и мелодичным. Ее, казалось, совсем не задели ни тон, ни смысл обвинения. В зале стояла тишина, и только по слабому гулу в голове я догадывался, как яростно спорят сейчас духи на недоступных мне уровне. Наконец, из дальнего кресла поднялась девушка, почти ребенок, с огненно-рыжими волосами. Одета она была в живописные отрепья зеленого цвета, и напоминала карикатуру на Питера Пена. Обойдя фонтан, она подошла сзади почти вплотную к отцу, и долго разглядывала его. Он, наконец, заметил ее, и повернулся к ней.
-         Кто ты, и чего от меня хочешь?
Вопрос прозвучал грубо до неприличия. Девушка ответила вежливо.
-         Ты интересен нам, как живая иллюстрация некоторых человеческих качеств. Лучше один раз увидеть, чем сто раз прочитать… Спасибо за науку, дедушка! Она улыбнулась Зевсу – о, господи, мы еще и родственники!
-         Дорогой гость! Девушка повернулась к капитану. Мы рассмотрели твои обвинения и претензии. Приговор уже вынесен и утвержден.  По первому пункту – ты погиб в результате собственной халатности, благодаря скрытому суицидальному комплексу, имеющемуся у тебя с детства. Соответственно, обвинение в твоем убийстве с Зевса снято. Второе. Вернуть тебя к жизни из небытия – безусловное благо, подарок, ничем тобой не заслуженный. Вместе с бессмертной оболочкой ты получил от нас и багаж знаний, максимально возможный для особи твоего уровня развития. Что до твоего старого тела, то ты и сам понимаешь, что невозможно вернуть его к жизни.
-         Но я не хочу эту вашу бессмертную воду! Я хочу жить – в материальном прочном теле, хочу радоваться жизни, а не бояться разлиться, рассыпаться. Заберите у меня ваши никчемные знания, и дайте мне покой и уверенность в себе!
-         Все будет по твоему желанию. Знания мы у тебя заберем, а взамен внушим уверенность, что ты так же материален, как раньше. Если захочешь, сможешь даже умереть в свое время.
-         И на Землю меня верните, со всем экипажем!
У капитана, кажется, прорезался вкус к требованиям. Девушка рассмеялась.
-         Конечно, вернем! Вот только спросим сперва у них, захотят ли они возвращаться.
Мы захотели. Когда я показал маме записанную в памяти сцену совета, она не колебалась.
-         Конечно, вернемся. Земля послала нас на разведку, мы не можем обмануть ее ожидания.
Да я и не спорил. Мы с Сатом и рыжей Софией уже облазили всю планету, а знаний я набрал с собой на тысячу лет – осознавать, обдумывать, пробовать применять. Теперь мне самому не терпелось увидеть мою заочную родину, и поделиться с ней накопленным. Дед не возражал.
Кораблик наш доработали, и он приобрел несколько очень приятных дополнений. Главное, для меня и для мамы – капсулы гибернации. Решились и проблема ресурсов, и, болезненная для мамы, проблема старения. Командиру корабля тоже была приготовлена капсула, но я знал, что она на самом деле ему не нужна, и не будет включаться.
А еще у нас появился новый член экипажа, навигатор. Мы, как оказалось, сильно рисковали, летя наугад, вслепую, по азимуту. Много всякого необычного и опасного таится в межзвездной якобы пустоте. Поэтому местные мудрецы набили рубку управления новыми приборами, и установили дополнительное кресло  пилоту-навигатору. Хорошо, хоть росту она невеликого, и много места не занимает. Да, это Софка, сестрица моя троюродная. Ей захотелось повидать Землю, сравнить впечатления живые с литературными. По моему, она больше всего в наши книги влюбилась, особенно в поэзию. Что вы от нее хотите, триста лет, совсем дитё.
Серж вел себя на удивление тихо, не протестовал против нововведений, командовать не пытался. Вот только поговорить с ним по душам мне так и не удалось. Да я не очень-то и пытался. Какое-то напряжение присутствовало между нами, неудобство. Не знаю, что он чувствовал, а мне при взгляде не него вспоминалась постоянно неподвижная фигура в скафандре, с заиндевевшим стеклом шлема. Будто со статуей командора разговариваешь. Так и не поговорили.
За хлопотами и прощаниями я так и не удосужился прослушать обещанные мне записи. Ладно, на Земле успею. Ну что я там нового могу услышать? И так понятно, что родитель мой не из самых приятных людей. Впрочем, мне с ним детей не крестить. Долетим до дому, и разойдемся в разные стороны. Почему-то у меня не возникало сомнений, что дороги наши разойдутся.
Прощаний не было. Дед сказал пару слов, пообещал связаться со мной лет когда-нибудь. Оказывается, мысль скорости не имеет, и общаться мы сможем свободно. Мне так и не удалось понять принцип распространения ментальных волн. Ничего, когда-нибудь разберусь.
Обратная дорога пролетела мгновенно. Меня разбудили только один раз. Сестра попросила диагноста, поговорить. Тогда я не понял цели разговора, только потом, на Земле. Говорили в рубке. Точней, говорила София, а я только слушал, сидя в кресле капитана.
Свобода – самое ценное, что есть у нас. Так же, как мы ценим свою свободу, так же уважаем право других поступать согласно своей воле. И каждый сам отвечает за себя – за свои мысли, чувства, поступки. Погоди, не перебивай, сейчас поймешь. Когда я стояла на совете рядом с твоим отцом, он перебирал мысленно варианты своих действий на Земле, после возвращения. И все они включали в себя ложь, обман и насилие. Какие-то тайные организации, аресты, пытки…Не буду пересказывать тебе подробности, но предупреждаю – будь с ним осторожен. Он может стать по-настоящему опасным, если решит, что ты – угроза его планам. Или я. Или твоя мать. У этого человека нет никаких тормозов, он аморален, как ребенок или хищник. Он – чудовище. Я его боюсь.
-         Кто предупрежден, тот вооружен. Я натужно рассмеялся. Спасибо, кузина! Теперь я не отведу руку от кобуры.
-         Наши знания о психологии землян одинаково однобоки.
София не приняла мой легкомысленный тон.
-         В отличие от меня, ты смертен, а, значит, и уязвим. Мне совсем не улыбается потерять на Земле единственного родственника.
-         Неужели опасность так велика?
-         Нет. Но она реальна. В общем, будь осторожен.
Укладываясь обратно в сонную капсулу, я вертел в голове варианты опасностей и противодействия им. Все они сводились к ковбойской дуэли перед салуном. Ничего дельного не придумав, я заснул.
На Земле нас встретили, как героев. Начиная с первой радиограммы, с орбиты Нептуна, родная планета ликовала и праздновала наше возвращение. Информацию мы передали, но всем хотелось нас обнять ,ощупать ,убедиться тактильно в нашем существовании.

Кораблик наш остался на околоземной орбите. На него сразу наложили лапы инженеры из НАСА, и разбирали на части, урча от удовольствия. Нас в челноке спустили на Землю и отвезли в Нью-Йорк, тоже на разборку, наверное.
Главной сенсацией для землян стала, конечно, София. Настоящая инопланетянка, к тому же – молодая и симпатичная, как с обложки комикса. Меня тоже не забывали вниманием. Как же, космическое дитя, плод межзвездной любви, и прочая подобная чепуха. Далее – героическая мать, и совсем с краю, в тени – герой-космолетчик, успешно завершивший нашу опасную одиссею.
Торжественная церемония встречи на всемирной ассамблее ООН должна была стать финальной точкой, апофеозом возвращения. Я почти забыл сестринское предупреждение, но Серж, как оказалось, все помнил.
Меня кольнуло нехорошее предчувствие, когда он шел к трибуне с микрофонами. Мы стояли с букетами цветов в руках, ожидая своей очереди сказать несколько обязательных слов. Краем глаза я уловил шевеление по бокам, и тут же стальные руки защелкнули наручники на моих запястьях, прямо под букетом. А другие, такие же мягкие, но неумолимо стальные, ладони, огладили меня по бокам и ногам, до туфель. Справа и слева меня зафиксировали два крепыша с неподвижными лицами. Я заметил, как на Софию накидывают прозрачное порывало, как бы из тюля. Но, наверное, оно было очень тяжелым. Сестра вздрогнула, и согнулась, как под непосильной тяжестью. Ее подхватили под руки два дюжих молодца, и помогли выпрямиться. Мать стояла бледная, как лист бумаги. Ее тоже подпирали двое. Серж встал за трибуну и начал речь. На нас он не глядел. После первых же его слов в зале установилась мертвая тишина. Он говорил страшные вещи, и все время повышал тон. Не знаю, как ему это удавалось. Мне показалось, что в своей истерике он скоро уйдет в ультразвук.
-         Я должен поделиться с вами, жители Земли, важнейшей информацией. Ее замалчивали от вас, и от меня тоже требовали молчания. Но наступил момент истины, и я не считаю возможным скрывать от вас правду.
Далее Серж рассказал, как инопланетный компьютер тысячи лет творил интриги и направлял земную историю. Как с его помощью и подсказками был организован полет к его родной планете, а теперь на Землю послана его заместительница, такое же чуждое нам создание, чтобы и дальше нас подчинять и направлять, командовать нами. Даже его якобы сын – продукт их инженерии, и неизвестно, какие возможности и программы они вложили в его голову. Возможно, он – послушная марионетка в чужих злобных руках.
Но мы не дадим… не позволим… не поддадимся!.. Мы будем бороться, и мы победим…
Я слушал в пол уха, обдумывая свое положение. Так вот о каких планах предупреждала меня София. Бедная девочка, она сделала все, что могла. Рожденная в мире полной свободы и ненасилия, она не могла бороться с сознательным злом. Но я, состоящий из гормонов и мяса, мог. Возмущение и гнев поднимались во мне  тяжелой волной, и только всей силой воли я взял себя в руки. Понятно, что мне не поможет сейчас грубая сила. Дружки и соратники Сержа по тайной полиции надежно нас контролируют. София нейтрализована каким-то прибором с экранирующим  излучением – да, вот она кивнула мне еле заметно, значит, мои мысли она слышит, только ответить не может. У мамы слабая восприимчивость, она может принимать только простейшие фразы. Дед? Да, вполне возможно, он наблюдает за нами, как тысячи раз до этого, на протяжении всей земной истории. И снова, как всегда, не вмешается, предоставив делам идти так, как они идут. Мудрость стариков сходни трусости ,подумал я со злостью. Злость… Что-то напомнила мне моя злость – ах, да, разговор с Меру. Наследие предков, как же.  Но он сказал еще что-то странное, важное. Истинная природа. Твоя, и того, на кого направлено острие внимания. Это был шанс, и его следовало попробовать использовать. Я обдумал все варианты, и приготовился. Следовало дождаться отлива красноречия Сержа. Наконец, он стал выдыхаться и повторяться. Сейчас!
Я сделал шаг вперед и поднял руки с букетом, чтоб привлечь к себе внимание. Серж сбился и замолчал. Мои конвоиры не остановили меня, а камеры всех телекомпаний развернулись в мою сторону. Я наклонился к микрофону, стоящему перед нами. Хорошо, что я предусмотрительно заранее включил его на пульте звукооператора.
-         Уважаемые члены совета, дорогие земляне! Все, что говорил вам сейчас мой отец – правда!
Я добился нужного мне эффекта. Тишина в зале стала абсолютной.
-         Правда, но не вся, и предвзято истолкованная, становится ложью. Я не буду опровергать ее сейчас по пунктам, скажу только одно. Этот человек, стоящий перед вами и рассказывающий об ужасных инопланетянах, сам – инопланетянин, принявший форму моего покойного отца. А Серж Тира, космолетчик и капитан нашего корабля, погиб тридцать пять лет назад геройской смертью.
Капитан открывал и закрывал рот, но не мог выдавить из себя ни звука. Казалось ,его сейчас хватит удар. Но я понимал ,что он сейчас лихорадочно просчитывает варианты, чтобы уничтожить меня, обратить в победу поражение. Нужно было лишить его такой возможности. Мне осталось выполнить самую тяжелую и рискованную часть моего плана.
Я выронил букет, и вытянул вперед скованные наручниками руки. Вздох пронесся по трибунам – картина получилась в самом деле эффектная, в духе теленовелл. Вытянув соединенные, как острие копья,  два указательных пальца, я направил их в грудь капитана, и сказал:
-         Ты – вода! Стань собой!
Я вложил в эту фразу всю волю и уверенность, и добавил щедро все мои чувства по отношению к этому типу. Капитан взмахнул руками, оседая, как Бастинда, и на его месте у трибуны осталась только большая лужа. Я наклонился к микрофону и спросил сочувственно:
-         Ведерко хочешь?
Зал, казалось, взорвался. Шум, крики, свист, аплодисменты. Я почувствовал  прикосновения справа и слева. Вместо исчезнувших охранников меня обнимали София и мама. София сбросила уже ненавистное покрывало, и тараторила одновременно во всех диапазонах, - я половину не понимал. А мама молча поцеловала меня куда-то в висок – выше ей было не дотянуться. Я старался не упустить из виду то, что было отцом, но оно проворно утекло в сад, через открытое французское окно. Ладно, найдется. Я уловил мысль Софии – “Неприятности с ним только начинаются”, и согласно кивнул. Заодно попросил ее принять на себя обступившую нас толпу дипломатов и журналистов. А сам присел – как оказалось, я израсходовал слишком много энергии на одну короткую фразу.
Tags: НФ, в поисках жанра, мое, о сколько нам открытий чудных...
Subscribe

promo gennadydobr november 11, 2014 00:32 36
Buy for 30 tokens
Проявилась необходимость поделиться с друзьями грибными полянами. 1. http://rutracker.org/forum/index.php?c=33 Бывший торрентс ру. Очень много и хорошо разбито на подкатегории. Требует регистрации. 2. http://baratro.ru/subcat.php?id=260 Поисковик по русским торрентам. Без регистрации. Все книги…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments